Вы здесь

14-е июля

14 июля. Варшава. Штаб 4-й армии.

 

Фельдмаршал Клюге ходит по низкому подвалу, заложив руки за спину. У двери стоят двое его адъютантов, за столом сидит начальник штаба и что-то пишет. Совсем рядом со зданием раздается взрыв, с потолка сыплется штукатурка, на фельдмаршала, на стол с разложенной картой. Клюге поднимает голову и смотрит на потолок, как будто он его впервые видит. Начальник штаба спокойно стряхивает с карты насыпавшуюся пыль.

- Господин фельдмаршал, - говорит он, - Пора уходить. Еще немного - и будет поздно. Русские уже рядом.

В дверь входит лейтенант-связист.

- Фельдмаршал фон Бок, - докладывает он.

Клюге берет трубку.

- Господин фельдмаршал, - говорит он, - Вынужден вам сообщить, что мои войска больше не способны удерживать Варшаву. Город окружен со всех сторон. Связь с корпусами и дивизиями потеряна. Большинство соединений уже давно сражаются в полном окружении. В трехстах метрах от моего штаба на улице стоят русские танки и ведут огонь по зданию, где мы находимся сейчас. От гарнизона Варшавы скоро не останется ни одного солдата.

- Господин фельдмаршал, - произносит фон Бок, - Вы сделали все, что могли. Вам надо было еще вчера покинуть город. Немедленно оставляйте Варшаву и двигайтесь на запад. Можете расценивать это как приказ. Насколько мне известно, кольцо окружения не плотное, через него еще можно прорваться. Мы готовы предпринять все возможное для спасения  ваших войск.

- Я постараюсь выполнить ваш приказ, господин фельдмаршал, - отвечает Клюге, - До свидания.

Он вешает трубку, несколько минут стоит молча. Снова от близкого взрыва сыпется штукатурка.

- Я прошу вас, - обращается он к начальнику штаба, - прикажите связаться со всеми частями и соединениями, с которыми еще можно связаться. Прикажите им оставить город. Если это еще возможно. Уходить надо в северо-западном направлении, это единственное направление, где еще нет русских. Пошлите кого-нибудь к полковнику Безингу. Мы будем прорываться вместе с остатками его полка. Придется, видимо, вспомнить молодость.

 

В трехстах метрах от штаба Клюге на заваленную обломками разрушенных домов улицу выезжает танк КВ, за ним - второй. Танки останавливаются. На башне первого открывается люк, оттуда выскакивает майор Рябинцев и стремительно бежит в развалины дома. Там прячутся несколько бойцов во главе со старшим лейтенантом.

- Послушай, старлей, - кричит майор, - Что вы тут жметесь? Поднимай своих людей, мои танки тут одни не пройдут. Немцы засели в норах, они мне все танки пожгут. Давай, старлей, давай сынок!  

Майор бежит обратно к танку, а пехотинцы короткими перебежками двигаются вперед, прижимаясь к стенам, прячась за обломками. Танки ревут моторами и трогаются с места.

- Ура, в атаку, - кричит старший лейтенант и бросается вперед.

Его крик подхватывают несколько голосов, бойцы бегут, обгоняя медленно осторожно ползущие танки.

Пулеметная очередь, пущенная почти в упор, скашивает старшего лейтенанта и трех человек. бегущих рядом с ним. Остальные залегают, прячутся. Танк останавливается, стреляет из пушки в темный пролом, откуда раздалась очередь, и двигается дальше, уже не прикрываемый пехотой. Когда он проезжает мимо одного из домов, затаившиеся за домом двое немецких солдат с огнеметом пускают струю пламени ему в след. Танк превращается в огромный движущийся костер. Открываются люки в башне, сквозь пламя видно, как кто-то пытается вылезти, но тут же, сраженный пулеметной очередью, падает. Продолжающий двигаться охваченный пламенем танк врезается в стену, рушит ее и замирает.  

 

Фельдмаршал Клюге и сопровождающие его офицеры выбирают из развалин здания, в подвале которого располагался штаб. Прямо перед ними улица, заваленная обломками. Метрах в двухстах от горит советский танк, до половины въехавший в полуразрушенный одноэтажный дом, бывший когда-то, судя по уцелевшему куску стены, приятного розового цвета. Остальные танки медленно пятятся назад.

- Надо перебежать улицу, - кричит Клюге майор с  автоматом. - Пока они не начали новую атаку.

Фельдмаршал только кивает и следует за майором, прижимая к себе портфель. За ним идут остальные. Они перебегают неширокую улицу.

- Теперь туда, по переулку, - майор, видимо, контужен, потому что кричит слишком громко, даже учитывая  грохот разрывов поблизости. Офицеры штаба торопливо бегут за показывающим им дорогу обер-лейтенантом с забинтованной левой рукой. В правой он держит винтовку. Майор с двумя солдатами следуют позади всех. Неожиданно откуда-то по бегущим бьет пулеметная очередь, вздыбливая на улицы фонтанчики земли.  Двое штабных офицеров падают. Один убит наповал, второго подхватывает на плечи кто-то из товарищей.

- Не останавливаться, - кричит майор, - Бегите вперед.

Сам он с двумя солдатами бросается навстречу показавшимся между домами советским бойцам. Майор дает очередь из автомата, один из его солдат швыряет гранату. Майор смотрит вслед бегущим по улице штабным, и поворачивается к своим солдатам.

- Надо задержать русских, - кричит он. Один из солдат смотрит майору в глаза и молча кивает. В это время на их улице раздается несколько взрывов - бьет тяжелая артиллерия. Дом напротив перекашивается от взрыва, показываются языки пламени и густой черный дым. Слышатся крики. Майор видит, как из пустого дверного проема, откуда клубами валит дым, выскакивают несколько человек. Одна женщина с ребенком на руках, ничего не видя, - ее лицо залито кровью, - выбегает прямо на середину улицы. У нее за спиной громыхает очередной взрыв, осколок ударяет в спину, она падает, катится по мостовой и замирает с раскинутыми в стороны руками. Девочка, которую она держала на руках, откатывается в сторону, но тут же пытается вскочить на ноги. Что-то, видимо, случилось с ее ногой, она падает, но затем снова пытается подняться. Ей, наверное, не больше трех-четырех лет, красное платье в горошек, светлые волосы завиты в короткие косички. Снова рядом грохочет взрыв. Взрывная волна швыряет девочку на мостовую, рядом барабанят по камням осколки. Майор в несколько прыжков пересекает

Дети Земли