Вы здесь

12-е июля: Page 4 of 11

танк дает задний ход и скрывается за поворотом.

Советские танки доходят до подбитых танков и останавливаются. Подъезжают бронемашины, из них выходят несколько командиров. Командир 35-й танковой дивизии полковник Новиков взбирается на один из КВ и осматривает местность, затем спрыгивает вниз.

- Ни черта не видать, - ворчит он, - По таким дорогам разве можно двигаться без хорошей разведки? На каждом километре засада. Связь с командующим, - кричит он связистам. Подходит к машине берет трубку, - Товарищ генерал-майор, - докладывает он, - Вышли на отметку 21-10. Немцы огрызаются как могут. Появились танки. Местность здесь хуже некуда, дороги узкие, по обеим сторонам заболоченный лес. Продолжаю идти вперед.

- Ни пуха тебе, - отвечает ему Рокоссовский и отдает трубку связисту.

- Ну что там? - спрашивает начштаба. Они сидят на бревне на верхушке холма. Прямо перед ними простираются поля, вдали, километрах в четырех, - деревня. За деревней находится немецкий аэродром, а самой деревне - около десяти немецких зенитных орудий, бивших прямой наводкой по советским танкам. На поле горят шесть машин, в том числе два Т-34. Остальные продолжают штурмовать деревню.

- Ничего особенно радостного, - отвечает Рокоссовский, вглядываясь вдаль. - Новиков тоже еле движется. Эх, авиацию бы сейчас сюда. И артиллерию. А то мы тут надолго застрянем. Давайте-ка обходить эту деревню, а то можно до осени тут застрять, сколько танков уже потеряли!   

Через лес продираются советские танки. Перед ними даже не дорога, а скорее тропинка, достаточна широкая, чтобы по ней проехал танк. Четыре БТ-5 идут на максимально возможной скорости, давя кусты и небольшие деревья, и оставляя за собой уже более широкую и "утоптанную" дорогу. Сзади, урча моторами, тащится с десяток мотоциклов с колясками, но они все больше и больше отстают. Шумят двигатели еще каких-то машин.

Танки останавливаются. Впереди - просвет среди деревьев. Из головного танка вылезают командир и наводчик и идут вперед. Через минуту бегом возвращаются.

- Что там? - спрашивает младший лейтенант, сидящей в башне второй по счету машины.

- Железная дорога, - кричит в ответ один из танкистов, - метров восемьдесят, за теми кустами. Справа сюда поезд движется.

Танки чуть пятятся, разворачивают башни. Слышен звук приближающегося мотора, характерный стук колес на стыках рельс, в просвете между деревьями на миг появляется бронедрезина - трофейный французский автомобиль, со специальными колесами, позволяющими двигаться по рельсам. Его башня вращается, как будто оглядывает окрестности, но немцы не замечают мелькнувшие на тропе советские танки. Бронедрезина быстро удаляется, и уже слышен звук приближающегося поезда. В просвете деревьев мелькает платформа, по краям обложенная мешками с песком. На ней установлены два пулемета и видны фигуры немецких солдат. За платформой появляются угловатые контуры бронеплощадок бронепоезда. Советские танки открывают огонь. Бронепоезд хорошо виден только с головного танка, остальным его заслоняют деревья и мелкий кустарник, поэтому танкисты скорее угадывают положение поезда по звуку. Но по такой крупной цели, да почти в упор, промахнуться трудно. Снаряды рвут с визгом стенки броневагонов. На задней площадке уже успевают развернуть башню, чтобы стрелять по невидимому противнику, но два очередных снаряда ударяют в нее и от удара колеса соскакивают с рельсов. Колеса громыхают по шпалам, тормозя весь поезд. Каким-то чудом бронеплощадка не переворачивается и паровоз тащит ее за собой еще несколько десятков метров, вместе с тоже сошедшей с рельсов платформой. Один, затем второй советские танки продираются сквозь кустарник и выскакивает прямо на рельсы. Они бьют в уходящий бронепоезд в упор. Тот останавливается, из вагонов выпрыгивают немцы, ремонтная команда бежит к сошедшему с рельсов вагону. Танки открывают пулеметный огонь, к ним присоединяются еще два, уже совсем рядом шум мотоциклов. Немцам удается отцепить сошедший с рельсов вагон, и изувеченный, но еще не потерявший способность двигаться бронепоезд начинает уходить на полной скорости, провожаемый снарядами танковых пушек. С противоположной стороны раздается стрельба, оттуда приближается еще одна бронедрезина, спешащая на помощь, но у ближайшего к ней танка разворачивается башня. Пушка выплевывает сноп пламени. Первый же выстрел оказывается удачным - дрезина слетает с рельсов и летит под откос. Несколько раз перевернувшись, она валит пару небольших деревьев и вспыхивает ярким костром.

Советские танки Т-34 и БТ врываются на немецкий аэродром. Их уже больше десятка, а подходят все новые и новые. Немецкие солдаты, находившиеся на поле у стоявших там самолетов, разбегаются, настигаемые пулеметными очередями. Лишь один из самолетов пытается взлететь. Двухмоторный  разведчик "Фокке-Вульф -189" начинает разбегаться прямо по центру летного поля. Он уже отрывает колеса от земли, но ему в лоб попадает снаряд из стоящего прямо по курсу танка. Сорокапятимиллиметровый снаряд прошивает насквозь кабину, облаком разлетаются осколки стекла, и уже было взлетевший самолет несколько раз переворачивается на земле, далеко в сторону отлетает обломок крыла. У леса стоит еще пара "Фокке-Вульфов". Идущая на полном ходу "тридцатьчетверка" ломает хвост сначала одному, затем второму.

Проходит всего несколько минут, и аэродром полностью захвачен, на поле валяются немногочисленный трупы немецких солдат, горит посредине разбитый "Фокке-Вульф", и танки уходят дальше, оставив для охраны самолетов лишь несколько мотоциклистов.

 

- Послушайте, - Доктор наклоняется над Дитрихом так, что губами почти касается его уха, - Я хочу, чтобы вы мне все рассказали. Вы зря упрямитесь. Если вы согласны, кивните, я выну кляп.

Дитрих стонет от боли, но упорно не смотрит на него.

- Ну, командир, - спрашивает Доктор, - что делать будем?

- Как твое мнение, будет говорить?

- Нет, - отвечает Доктор, - Если бы у нас было время…, а так нет, не будет.

- Командир, и так все ясно, - говорит Гоша. - Они по нашу душу в этом лесу. Судя по всему,

Дети Земли